— После учебы ты сразу пошла работать в журналистику?
— Да, я сразу после выпуска была новостником в «Царьград Новосибирск». Там по большей части рерайт, то есть ты берёшь тексты, желательно много, и переделываешь, чтобы был какой-то процент эксклюзивности. Там была шестидневка, но и свои плюсы были, потому что полная дистанционка. Вот теперь уже почти год как я работаю в «Mash Siberia». Это телеграм-канал. Тут у нас небольшие посты в несколько абзацев. Все основано либо на какой-то проблеме, либо на операх, либо на приколах. У нас несколько регионов, поэтому мы самое интересное берём.
— Сколько человек сейчас в вашей команде?
— У нас небольшая команда: меньше десяти человек. Монтажёры обычно работают на несколько регионов.
— Ваша редакция имеет какой-либо организованный офис, куда ты обязан приходить каждый день?
— У меня не каждый день выезд в офис, но я могу приехать, встретиться с коллегами, что-то обсудить, если нужно. У нас есть дистанционные планёрки, и по большей части я работаю из дома. Выезд по всему Новосибирску есть, а в соседних регионах, если нам что-то нужно, мы нанимаем оператора, либо просим снять самих жителей. Мы на монтаже потом все это делаем красиво.
— Вы выезжаете на места?
— Я езжу на места иногда, но не каждый день. Допустим, если какой-то сюжет именно утренний. У нас сюжеты делятся на утренний, на вечерний. То есть, утром у нас бывают полноценные проблемы, например, кому-то чего-то не хватает. Мы это заранее готовим, выезжаем на место, либо просим кого-нибудь видео снять для поста. А вечерний пост обычно это закрывашка такая: либо животные, либо что-то милое.
— Есть ли какие-то существенные различия между «Царьградом» и «Мэшэм»?
— «Царьград» больше был ориентирован именно на Новосибирск. Там редактор выбирал тему, которая заходит Дзену и другим новостным агрегаторам. Еще они очень быстро ставят новости, минут 20-30 на каждую, и каждый час ты должен что-то отдавать, чтобы как можно больше было просмотров за счёт оперативности. В «Мэш» такого нет. То есть, допустим в какое-то время мне могут сказать «вот сейчас посиди, поищи какие-то темы для закрывашек на выходные», какие-то добрые просто сюжеты, или, может, спектакль интересный.
— У вас есть люди, которые работают в ночную смену?
— У нас есть такое понятие как «ночник», он просматривает разные регионы, даже несколько людей, в основном посматривают какие-то чатики, а там сложно что-то пропустить, потому что все начинают писать, ты видишь, желательно вообще первому видеть. Бывают оперы*, например, кто-то кого-то убил, или, не знаю, кто-то держит кого-то в заложниках с пистолетом. И вот все сразу начинают пытаться информацию добыть.
— Человеку обязательно нужно окончить журфак, чтобы работать у вас?
— У нас много кто оканчивал журфак, хотя, если человек был в другой сфере, он может к нам попасть. Самое главное — с людьми работать и не бояться звонить. Если, например, что-то случилось, там пожар или что-то такое, нужно позвонить в следственный комитет, в МЧС и подтвердить информацию. Если кто-то местный скинул, например, фотографию с пожаром, коммент написал «о, фига, пожар, я вот тут прям стою сейчас» этому человеку надо написать «запиши видео». То есть, вот такой поиск контента.
— А вот из того, чему ты училась на журфаке в НГУ, ты сейчас на повседневной базе используешь, или чему-то ты еще доучивалась в процессе работы?
— Вообще, я начала учиться еще в детско-юношеской газете «Пикник», и когда я пришла на журфак, какая-то база у меня уже была. Благодаря тому, что у нас было много практических занятий в НГУ, было гораздо большее погружение, в отличие от «Пикника» в то, как новости писать, как выглядят по структуре новости. А в Новосибирске, во всех таких СМИ, если присмотреться, они все под одну гребёнку. Поэтому всё пригодилось.
— Что самое сложное в твоей работе?
— Основная моя личная проблема – это неумение вынырнуть из работы. В своё свободное время я могу начать листать ленты и искать новости. Когда я училась на журналистике, я новости почти не читала. Также мне бывает сложно отделять, какие темы предлагать, а какие нет. Какие-то темы кажутся очень интересными, но мне говорят, что мелковато. А бывает наоборот: ну, например, я утром увидела, что нашли что-то похожее на гранату в одном из дворов Новосибирска. А мне показалось, что это что-то обыденное. Не знаю, что у меня в голове щелкнуло, у меня такое бывает. Ещё умение отделять важную информацию от неважной. Фактуры очень много, тяжело выбрать что-то одно, нужно учиться минимизировать информацию. Человеку все и не нужно, он хочет получить небольшое видео, небольшой текст, и все это вкусно съесть.
— А бывает ли так, что график ненормированный, за исключением того, что ты дома часто новости просматриваешь. Именно, что приходилось оставаться допоздна в офисе?
— Не сказать, что у меня какие-то жуткие переработки, это быстро же делается. В моменте позвонил, в моменте сделал. Тут, конечно, стресс присутствует. Но, в целом, почти все в рамках границ, потому что у нас не так часто такие ситуации есть. Вообще, мой график официальный это с 10 до 7, и это превосходный график, потому что утром я не люблю просыпаться, скажем так.
— Что тебе больше всего нравится в твоей работе?
— Мне нравится, что у меня каждый раз какая-то новая тема. Ты не знаешь, о чём будешь писать завтра, ты постоянно что-то ищешь, сталкиваешься с самыми непредсказуемыми ситуациями. Я как-то раз увидела, что памятник Ленина везут по городу. Там такое забавное видео было, я подумала, как же это можно сделать, и увидела на машине номер доставки, которая все это осуществляет. Написала, узнала, достала фотографии и все сделала. Знала ли я до этого за день, что я буду что-то про Ленина узнавать? Нет. Читать комментарии еще очень интересно, очень нравится, когда что-то прикольное пишут.

Беседовала Полина Полянская

*оперы — новости, которые необходимо оперативно осветить.